От документа к познанию прошлого

Сложен и многогранен труд историка. Мысленно он проникает в глубь веков и видит то, что недоступно взору других. Историк видит и представляет себе прошлое потому, что он умеет заставить говорить об этом исторический источник.

Исторический источник — это все то, что непосредственно отражает исторический процесс и может дать историку сведения о прошлом человеческого общества. Выкопанный из земли каменный топор первобытного человека и модель современного космиче-скогр автомата — лунохода; старинная книга на пер-гам'ене и пахнущая свежей типографской краской страница газеты «Пионерская правда»; народная песня о крепостной неволе и кинопленка, запечатлевшая В. И. Ленина, — все это исторические источники.

Историки изучают и используют главным образом письменные исторические источники. Письменность возникла на Земле более пяти тысяч лет назад, и за это время накопилось громадное количество письменных памятников. Глиняные таблички из библиотеки царя Ашшурбанапала и египетские папирусы, берестяные грамоты и переписанные от руки летописи, рукописи Маркса, Энгельса и Ленина и наши газеты — все это письменные исторические источники.

Письменные исторические источники хранятся в архивах и библиотеках. Пользуясь библиотечными каталогами, архивными описями и указателями, историки ищут и находят интересующие их материалы.

Но мало найти источник — надо еще и уметь им пользоваться. Без специальной подготовки трудно, а то и невозможно прочитать древнюю рукопись (см. ст. «Науки, которые помогают историку»).

Прочитав источник, историк может найти в нем самые разнообразные факты, крупные и мелкие, давно известные науке и совершенно новые. В последнем случае мы вправе говорить об открытии. Образец такого открытия — находка берестяных грамот при раскопках в Новгороде, по-новому осветивших ряд вопросов, в том числе и вопрос об уровне грамотности в Древней Руси (см. ст. «Берестяные грамоты»).

Спустя десятилетия после Великой Отечественной войны 1941—1945 гг. мы узнаем все новые факты о героических подвигах того времени.

Однако не всему, что прочитано в документе, может и должен верить историк. Во-первых, автор документа мог не знать об историческом факте и говорить о нем понаслышке. Он мог все знать о нем, но не хотел или не мог этого рассказать. Так, показания революционеров, хранящиеся в делах царской охранки, всегда крайне скупы и неполны; арестованные старались как можно меньше рассказывать о своем участии в революционном движении. Наконец, бывают и такие случаи, когда историк сталкивается с заведомо фальшивыми, поддельными документами.

Много шуму в свое время наделала «открытая» в 1819 г. чешским писателем и ученым Вацлавом Ганкой так называемая «Краледворская рукопись», где в форме народных песен и сказаний воспроизводилась чешская героическая старина. В течение века ученые сомневались в подлинности этой рукописи и лишь в начале XX в. окончательно установили, что эта рукопись необыкновенно умелая подделка. Ганка в патриотических целях, борясь против насильственной германизации чехов, проводимой Габсбургами, написал эту рукопись сам.

Уже после Октябрьской революции большой интерес вызвали мемуары видных представителей царского строя, в том числе и фрейлины императорского двора А. А. Вырубовой. Однако вскоре после их опубликования историки доказали, что мемуары А. А. Вырубовой были сфабрикованы в целях литературной спекуляции и поэтому не имеют значения исторического первоисточника.

Итак, историк устанавливает исторические факты. Но знание фактов не составляет еще науки. Необходимо выяснить смысл и значение исторического факта, поставить его в связь с другими событиями и явлениями, установить его происхождение и роль и т. д., — иными словами, на основе фактов познать историческую закономерность.

Совершенно очевидно, что сделать это можно, лишь овладев передовой марксистской методологией, потому что только учение марксизма-ленинизма дает правильное объяснение законов общественного развития.

Ведь и в домарксистский период было накоплено много исторических знаний, но только Маркс и Энгельс, правильно обобщив и истолковав факты, вскрыли истинное их значение, создали научную теорию о законах общественного развития. Значение методологии в том и состоит, что она дает ключ к пониманию источников.

Одни и те же факты из одних и тех же источников могут быть по-разному истолкованы. В 90-х годах XIX в. между народниками и марксистами шел ожесточенный спор об исторических судьбах России. Народники утверждали, что Россия, в отличие от Западной Европы, может избежать капитализма. Опираясь на материалы земской статистики о крестьянском хозяйстве в Европейской России, народники выводили средний крестьянский надел, среднюю обеспеченность крестьян орудиями труда, лошадьми и т. д.

И вот в 1899 г. появилась классическая книга В. И. Ленина «Развитие капитализма в России». В. И. Ленин, имея в своем распоряжении те же материалы земской статистики, доказал, что средние цифры только искажают истинную картину.

Подсчеты Ленина показали, что крестьянские хозяйства сильно дифференцированы. На одном полюсе группа хозяйств, в которую входит только 20% крестьянских дворов, но им принадлежит до 50% всей земли и скота. На другом — 50 % бедняцких хозяйств, на долю которых приходится только около 20% земли и скота. В то время как крестьяне, входящие в первую группу, превращались в кулаков, предпринимателей, крестьяне второй группы постепенно превращались в поденщиков и батраков. А это значило, что в деревне складывались капиталистические отношения.

Так, строго научно группируя факты, В. И. Ленин опроверг доводы народников и доказал, что Россия уже стала капиталистической страной и быстро развивается в этом направлении.

Изучая ту или иную тему, историк стремится к созданию синтетического, т. е. обобщающего, исследования, в котором все известные факты приведены в стройную систему, объяснены и истолкованы с точки зрения марксизма-ленинизма, дающего, по словам В. И. Ленина, «путь к научному изучению истории».

Возьмем в качестве примера историю декабристов. Почти полтора века историческая наука изучает этот важный этап в истории русской освободительной борьбы. Тысячи работ посвящены этому вопросу. Здесь и различные публикации архивных документов, исследования об отдельных декабристах, статьи, книги — научные, популярные и т. д. Казалось бы, ну что нового можно сказать о них!

Но вот перед нами двухтомная монография советского историка академика М. В. Нечкиной «Движение декабристов» — обобщающее монографическое исследование, результат многолетнего труда автора. Это работа первая, в которой с такой полнотой и точностью воссоздается история движения декабристов в целом — от его истоков до поражения.

Значит ли это, что после монографии М. В. Нечкиной историкам больше нечего делать в области декабристоведения? Конечно нет. Уже после выхода в свет этой книги были найдены новые документы, опубликованы интересные статьи и книги. Например, обнаружены замечания декабриста И. И. Горбачевского на книгу А. И. Герцена «14 декабря 1825 г. и Николай I», найдено одно из первых исследований по истории декабризма — рукопись историка И. Г. Прыжова (1827—1885) «Декабристы в Сибири на Петровском заводе» и т. д. Исследования продолжаются, и со временем будут созданы новые обобщающие труды на эту тему.

Вот еще один пример. После Великой Отечественной войны в нашей стране выходили книги, статьи и брошюры, дневники, воспоминания, мемуары, посвященные героической борьбе народов СССР против фашистской агрессии. И вот советские историки создали обобщающий труд по истории Великой Отечественной войны советского народа.

Шесть монументальных томов раскрывают историю великой войны, решающую роль Советского Союза в разгроме гитлеровской Германии.

Прошло несколько лет, глубже стали наши знания, и советские историки приступили к изданию нового труда — «Истории второй мировой войны 1939—1945» в 12 томах.

Так, от поисков и находок исторических источников, через тщательное прочтение и изучение документов, используя данные вспомогательных наук, историки сначала устанавливают исторические факты, дают им правильное объяснение, воссоздают возможно полнее картину прошлого и, наконец, устанавливают закономерности исторического процесса.