Кровавое воскресенье

Утро 9 января 1905 г. выдалось в Петербурге на редкость погожим. Часам к 9 — 10 на фабричных окраинах стали собираться толпы празднично одетых людей. Это были рабочие, их жены и дети, которые решили идти к царю, чтобы искать у него правды и защиты. Терпению рабочего люда пришел конец.

«Нет больше сил, государь... Для нас пришел тот страшный момент, когда лучше смерть, чем продолжение невыносимых мук» — так начиналась петиция рабочих к царю. В ней говорилось о том, что настало время облегчить тяжелое положение народа, покончить с полицейским произволом, созвать представителей от всех классов и сословий русского общества, которые будут управлять страной вместе с царем. «Пусть тут будут и капиталист, и рабочий, и чиновник, и священник, и доктор, и учитель... Разрушь стену между тобой и твоим народом...» — просили рабочие царя.

Но тут же тон обращения заметно менялся. Верноподданнические просьбы уступали место политическим и экономическим требованиям, почти дословно повторявшим многие пункты программы-минимум РСДРП (амнистия политическим заключенным, равенство всех граждан перед законом, свобода слова, печати, собраний, введение 8-часового рабочего дня, отмена выкупных платежей для крестьян и т.д.).

«Повели и поклянись исполнить эти требования, — обращались авторы петиции к царю, — а не повелишь, не отзовешься на нашу мольбу — мы умрем здесь, на этой площади, перед твоим дворцом. Нам некуда больше идти, и незачем. У нас только два пути: или к свободе и счастью, или в могилу». В этих заключительных словах петиции звучали и наивная вера рабочих в царя, и отчаяние, и твердая решимость добиться справедливости.

Трудно сказать, кто являлся автором (или авторами) этого документа, ибо сведения на этот счет крайне противоречивы. В 1904 г. при поощрении царских властей была создана легальная организация — «Собрание русских фабрично-заводских рабочих г. С.-Петербурга». Во главе ее стоял священник Георгий Гапон — честолюбивый авантюрист и демагог, сумевший увлечь за собой часть рабочих, в сознании которых смутные идеи свободы и равенства причудливо соединялись с религиозными настроениями и верой в царя.

Гапон был тайным агентом полиции и пытался увести рабочее движение в сторону от сознательной классовой борьбы.

Однако пролетарские массы пошли значительно дальше тех целей, которые ставили перед ними руководители «Собрания». Под влиянием общей обстановки революционного кризиса в стране рабочие придали гапоновскому движению ярко выраженный политический характер, внесли в него свои требования и лозунги.

Непосредственным поводом для выступления петербургского пролетариата послужило увольнение четырех рабочих Путиловского завода — членов гапоновской организации. На отказ заводской администрации восстановить уволенных путиловцы ответили забастовкой, которая охватила 7 января 1905 г. всю столицу. В эти дни Гапон и принял окончательное решение организовать шествие рабочих к царю.

Правительство знало о предстоящей манифестации и готовилось дать народу кровавый урок, чтобы навсегда отбить у него охоту даже к самым робким протестам. Дядя царя великий князь Владимир цинично заявил: «Нужно открыть жилы России и сделать ей небольшое кровопускание». В Петербург срочно вызвали-военные подкрепления, гвардия была приведена в боевую готовность.

Большевики всеми силами старались разъяснить рабочим, что свободу не вымаливают у царя, а завоевывают в борьбе с самодержавием. Однако влияние Гапона было еще слишком велико. И тогда, чтобы до конца быть вместе с рабочими, большевики тоже пошли на Дворцовую площадь.

Власти решили разогнать народное шествие еще на окраинах города. Когда колонна рабочих численностью в 5 — 6 тыс. человек приблизилась к Нарвским воротам, на нее без всякого предупреждения налетел отряд конницы. Рабочие расступились и пропустили всадников. Никто не пострадал. Но вот показалась цепь солдат. До них остается двести шагов, сто...

Видны уже обветренные солдатские лица, склоненные к винтовкам. Но никто еще не верит, что войска будут стрелять. И вдруг гремит залп, за ним второй, третий. Стреляют пять раз, и падают на мостовую убитые и раненые.

То же происходило и в других местах — на Большой Дворянской улице, Малом проспекте, Петербургской стороне.

У Дворцовой площади собралось особенно много женщин и детей, пришедших посмотреть невиданное зрелище — встречу народа с царем. И эти ни в чем не повинные люди стали жертвой кровавой расправы. Сначала против них бросили кавалерию, а затем «в дело» вступила пехота. И снова залпы, стоны раненых, трупы и кровь на снегу... Всего 9 января было убито свыше 1000 человек, а число раненых вообще не поддается точному учету.

2700-1.jpg

Расстрел рабочих у Зимнего дворца 9(22) января 1905 г. Картина И. Владимирова.

Трудно передать словами то возмущение, которое охватило население Петербурга. К концу дня в разных частях огромного города выросли баррикады. В ряде мест произошли стычки рабочих с солдатами и казаками.

Над одной из баррикад, сооруженной на Басильевском острове, реяли красные флаги, на которых были слова: «Да здравствует политическая свобода! Да здравствует социализм!»

«Рабочий класс получил великий урок гражданской войны», — писал о событиях 9 января Ленин. Революционное воспитание пролетариата за один этот день шагнуло вперед так, как оно не могло бы шагнуть за целые месяцы и годы серой, будничной, забитой жизни.

Лозунг питерских рабочих «Свобода или смерть!» эхом прокатился по России и был подхвачен сотнями тысяч рабочих. Особенно активно выступил пролетариат Латвии и Польши, где забастовки сопровождались митингами, демонстрациями и многочисленными столкновениями с войсками.

Стачки солидарности с петербургскими рабочими прошли в Москве, Киеве, Харькове и многих других городах России.