БУДРЫС И ЕГО СЫНОВЬЯ.

 

Три у Будрыса сына, как и он, три литвина.

   Он пришел толковать с молодцами.

"Дети! седла чините, лошадей проводите,

   Да точите мечи с бердышами.

 

Справедлива весть эта: на три стороны света

   Три замышлены в Вильне похода.

Паз идет на поляков, а Ольгерд на прусаков,

   А на русских Кестут воевода.

 

Люди вы молодые, силачи удалые

   (Да хранят вас литовские боги!),

Нынче сам я не еду, вас я шлю на победу;

   Трое вас, вот и три вам дороги.

 

Будет всем по награде: пусть один в Новеграде

   Поживится от русских добычей.

Жены их, как в окладах, в драгоценных нарядах;

   Домы полны; богат их обычай.

 

А другой от прусаков, от проклятых крыжаков,

   Может много достать дорогого,

Денег с целого света, сукон яркого цвета;

   Янтаря - что песку там морского.

 

Третий с Пазом на ляха пусть ударит без страха:

   В Польше мало богатства и блеску,

Сабель взять там не худо; но уж верно оттуда

   Привезет он мне на дом невестку.

 

Нет на свете царицы краше польской девицы.

   Весела - что котенок у печки -

И как роза румяна, а бела, что сметана;

   Очи светятся будто две свечки!

 

Был я, дети, моложе, в Польшу съездил я тоже

   И оттуда привез себе жонку;

Вот и век доживаю, а всегда вспоминаю

   Про нее, как гляжу в ту сторонку."

 

Сыновья с ним простились и в дорогу пустились.

   Ждет, пождет их старик домовитый,

Дни за днями проводит, ни один не приходит.

   Будрыс думал: уж видно убиты!

 

Снег на землю валится, сын дорогою мчится,

   И под буркою ноша большая.

"Чем тебя наделили? что там? Ге! не рубли ли?"

   - "Нет, отец мой; полячка младая".

 

Снег пушистый валится; всадник с ношею мчится,

   Черной буркой ее покрывая.

"Что под буркой такое? Не сукно ли цветное?"

   - "Нет, отец мой; полячка младая."

 

Снег на землю валится, третий с ношею мчится,

   Черной буркой ее прикрывает.

Старый Будрыс хлопочет и спросить уж не хочет,

   А гостей на три свадьбы сзывает.