ЖЕНИХ.

 

Три дня купеческая дочь

   Наташа пропадала;

Она на двор на третью ночь

   Без памяти вбежала.

   Вопросами отец и мать

К Наташе стали приступать.

   Наташа их не слышит,

   Дрожит и еле дышит.

 

Тужила мать, тужил отец,

   И долго приступали,

И отступились наконец,

   А тайны не узнали.

Наташа стала, как была,

Опять румяна, весела,

   Опять пошла с сестрами

   Сидеть за воротами.

 

Раз у тесовых у ворот,

   С подружками своими,

Сидела девица - и вот

   Промчалась перед ними

Лихая тройка с молодцом.

Конями, крытыми ковром,

   В санях он стоя правит

   И гонит всех, и давит.

 

Он, поровнявшись, поглядел,

   Наташа поглядела,

Он вихрем мимо пролетел,

   Наташа помертвела.

Стремглав домой она бежит.

"Он! он! узнала! - говорит, -

   Он, точно он! держите,

   Друзья мои, спасите!"

 

Печально слушает семья,

   Качая головою;

Отец ей: "Милая моя,

   Откройся предо мною.

Обидел кто тебя, скажи,

Хоть только след нам укажи".

   Наташа плачет снова.

   И более ни слова.

 

Наутро сваха к ним на двор

   Нежданая приходит.

Наташу хвалит, разговор

   С отцом ее заводит:

"У вас товар, у нас купец;

Собою парень молодец,

   И статный, и проворный,

   Не вздорный, не зазорный.

 

Богат, умен, ни перед кем

   Не кланяется в пояс,

А как боярин между тем

   Живет, не беспокоясь:

А подарит невесте вдруг

И лисью шубу, и жемчуг,

   И перстни золотые,

   И платья парчевые.

 

Катаясь, видел он вчера

   Ее за воротами;

Не по рукам ли, да с двора,

   Да в церковь с образами?"

Она сидит за пирогом,

Да речь ведет обиняком,

   А бедная невеста

   Себе не видит места.

 

"Согласен, - говорит отец; -

   Ступай благополучно,

Моя Наташа, под венец:

   Одной в светелке скучно.

Не век девицей вековать,

Не всё косатке распевать,

   Пора гнездо устроить,

   Чтоб детушек покоить".

 

Наташа к стенке уперлась

   И слово молвить хочет -

Вдруг зарыдала, затряслась,

   И плачет и хохочет.

В смятеньи сваха к ней бежит,

Водой студеною поит

   И льет остаток чаши

   На голову Наташи.

 

Крушится, охает семья.

   Опомнилась Наташа

И говорит: "Послушна я,

   Святая воля ваша.

Зовите жениха на пир,

Пеките хлебы на весь мир,

   На славу мед варите,

   Да суд на пир зовите".

 

"Изволь, Наташа, ангел мой!

   Готов тебе в забаву

Я жизнь отдать!" - И пир горой;

   Пекут, варят на славу.

Вот гости честные нашли,

За стол невесту повели;

   Поют подружки, плачут,

   А вот и сани скачут.

 

Вот и жених - и все за стол.

   Звенят, гремят стаканы,

Заздравный ковш кругом пошел;

   Всё шумно, гости пьяны.

 

             Жених.

 "А что же, милые друзья,

Невеста красная моя

   Не пьет, не ест, не служит:

   О чем невеста тужит?"

 

Невеста жениху в ответ:

   "Откроюсь на удачу.

Душе моей покоя нет,

   И день, и ночь я плачу.

Недобрый сон меня крушит".

Отец ей: "Что ж твой сон гласит?

   Скажи нам, что такое,

   Дитя мое родное?"

 

"Мне снилось, - говорит она, -

   Зашла я в лес дремучий,

И было поздно; чуть луна

   Светила из-за тучи;

С тропинки сбилась я: в глуши

Не слышно было ни души,

   И сосны лишь да ели

   Вершинами шумели.

 

И вдруг, как будто наяву,

   Изба передо мною.

Я к ней, стучу - молчат. Зову -

   Ответа нет; с мольбою

Дверь отворила я. Вхожу -

В избе свеча горит; гляжу -

   Везде сребро да злато,

   Всё светло и богато".

 

               Жених.

"А чем же худ, сказки, твой сон?

   Знать жить тебе богато".

 

               Невеста.

"Постой, сударь, не кончен он.

   На серебро, на злато,

На сукна, коврики, парчу,

На новгородскую камчу

   Я молча любовалась

   И диву дивовалась.

 

Вдруг слышу крик и конский топ..

   Подъехали к крылечку.

Я поскорее дверью хлоп,

   И спряталась за печку.

Вот слышу много голосов...

Взошли двенадцать молодцов,

   И с ними голубица

   Красавица-девица.

 

Взошли толпой, не поклонясь,

   Икон не замечая;

За стол садятся, не молясь

   И шапок не снимая.

На первом месте брат большой,

По праву руку брат меньшой,

   По леву голубица

   Красавица-девица.

 

Крик, хохот, песни, шум и звон,

   Разгульное похмелье..."

 

               Жених.

"А чем же худ, скажи, твой сон?

     Вещает он веселье".

 

               Невеста.

"Постой, сударь, не кончен он.

Идет похмелье, гром и звон,

   Пир весело бушует,

   Лишь девица горюет.

 

Сидит, молчит, ни ест, ни пьет

   И током слезы точит,

А старший брат свой нож берет,

   Присвистывая точит;

Глядит на девицу-красу,

И вдруг хватает за косу,

   Злодей девицу губит,

   Ей праву руку рубит".

 

"Ну, это, - говорит жених,-

   Прямая небылица!

Но не тужи, твой сон не лих,

   Поверь, душа-девица".

Она глядит ему в лицо.

"А это с чьей руки кольцо?"

   Вдруг молвила невеста,

   И все привстали с места.

 

Кольцо катится и звенит,

   Жених дрожит бледнея;

Смутились гости. - Суд гласит:

   "Держи, вязать злодея!"

Злодей окован, обличен,

И скоро смертию казнен.

   Прославилась Наташа!

   И вся тут песня наша.

 

 

 

         * * *

 

Если жизнь тебя обманет,

Не печалься, не сердись!

В день уныния смирись:

День веселья, верь, настанет.

 

Сердце в будущем живет;

Настоящее уныло:

Всё мгновенно, всё пройдет;

Что пройдет, то будет мило.

 

 

 

         * * *

 

Заступники кнута и плети,

[О знаменитые<?>] князь<я>,

[За <всё> <?>] жена [моя] [и] дети

[Вам благодарны] как <и я><?>.

За вас молить [я] бога буду

И никогда не позабуду.

Когда              позовут

Меня на полную<?> расправу,

За ваше здравие и славу

Я<?> дам<?> царю<?> мой первый кнут.

 

 

 

         * * *

 

[Словесность русская больна]

Лежит в истерике она

И бредит языком мечтаний,

[И хладный между тем зоил

Ей Каченовский застудил]

Теченье месячных изданий.

 

 

 

         * * *

 

На небесах печальная луна

Встречается с веселою [зарею],

Одна горит, другая холодна.

Заря блестит невестой молодою,

Луна пред ней, как мертвая, бледна.

Так встретился, Эльвина, я с тобою.