СТИХОТВОРЕНИЯ 1824

 

 

 

Всё кончено: меж нами связи нет.

В последний раз обняв твои колени,

Произносил я горестные пени.

Всё кончено - я слышу твой ответ.

Обманывать себя не стану <вновь>,

Тебя тоской преследовать не буду,

Про<шедшее> быть может позабуду -

Не для меня сотворена любовь.

Ты молода: душа твоя прекрасна,

И многими любима будешь ты.

 

 

 

         * * *

 

         1.

 

Недвижный страж дремал на царственном пороге,

Владыка севера один в своем чертоге

Безмолвно бодрствовал, и жребии земли

В увенчанной главе стесненные лежали,

         Чредою выпадали

И миру тихую неволю в дар несли, -

 

 

         2.

 

И делу своему Владыка сам дивился.

Се благо, думал он, и взор его носился

От Тибровых валов до Вислы и Невы,

От сарско-сельских лип до башен Гибралтара:

         Всё молча ждет удара,

Всё пало - под ярем склонились все главы.

 

 

         3.

 

"Свершилось! молвил он. Давно ль народы мира

Паденье славили Великого Кумира,

..........................................

..........................................

..........................................

..........................................

 

 

         4.

 

Давно ли ветхая Европа свирепела?

Надеждой новою Германия кипела,

Шаталась Австрия, Неаполь восставал,

За Пиренеями давно ль судьбой народа

         Уж правила Свобода,

И Самовластие лишь север укрывал?

 

 

         5.

 

Давно ль - и где же вы, зиждители Свободы?

Ну что ж? витийствуйте, ищите прав Природы,

Волнуйте, мудрецы, безумную толпу -

Вот Кесарь- где же Брут? О грозные витии.

         Цалуйте жезл России

И вас поправшую железную стопу".

 

 

         6.

 

Он рек, и некий дух повеял невидимо,

Повеял и затих, и вновь повеял мимо,

Владыку севера мгновенный хлад объял,

На царственный порог вперил, смутясь, он очи -

         Раздался бой полночи -

И се внезапный гость в чертог царя предстал.

 

 

         7.

 

То был сей чудный муж, посланник провиденья,

Свершитель роковой безвестного веленья,

Сей всадник, перед кем склонилися цари,

Мятежной Вольности наследник и убийца,

         Сей хладный кровопийца,

Сей царь, исчезнувший, как сон, как тень зари.

 

 

         8.

 

Ни тучной праздности ленивые морщины,

Ни поступь тяжкая, ни ранние седины.

Ни пламя бледное нахмуренных очей

Не обличали в нем изгнанного героя,

         Мучением покоя

В морях казненного по манию царей.

 

 

         9.

 

Нет, чудный взор его, живой, неуловимый,

То вдаль затерянный, то вдруг неотразимый,

Как боевой перун, как молния сверкал;

Во цвете здравия и мужества и мощи,

         Владыке полунощи

Владыка запада, грозящий, предстоял.

 

 

         10.

 

Таков он был, когда в равнинах Австерлица

Дружины севера гнала его десница,

И русской в первый раз пред гибелью бежал,

Таков он был, когда с победным договором

         И с миром и с позором

Пред юным он царем в Тильзите предстоял.