КОКЕТКЕ.

 

[И вы поверить мне могли.

Как простодушная Аньеса?

В каком романе вы нашли,

Чтоб умер от любви повеса?]

Послушайте: вам тридцать лет,

Да, тридцать лет - немногим боле.

Мне за двадцать; я видел свет,

Кружился долго в нем на воле;

Уж клятвы, слезы мне смешны;

Проказы утомить успели;

Вам также с вашей стороны

Измены верно надоели;

Остепенясь, мы охладели,

Не к стати нам учиться вновь.

Мы знаем: вечная любовь

Живет едва ли три недели.

С начала были мы друзья,

Но скука, случай, муж ревнивый...

Безумным притворился я,

И притворились вы стыдливой,

Мы поклялись... потом... увы!

Потом забыли клятву нашу;

Клеона полюбили вы,

А я наперсницу Наташу.

Мы разошлись; до этих пор

Всё хорошо, благопристойно,

Могли б мы жить без дальних ссор

Опять и дружно и спокойно;

[Но нет! сегодня поутру

Вы вдруг в трагическом жару

Седую воскресили древность -

Вы проповедуете вновь

Покойных рыцарей любовь,

Учтивый жар и грусть и ревность.

Помилуйте - нет, право нет.

Я не дитя, хоть и поэт.]

Когда мы клонимся к закату,

Оставим юный пыл страстей -

Вы старшей дочери своей,

Я своему меньшому брату:

Им можно с жизнию шалить

И слезы впредь себе готовить;

Еще пристало им любить,

А нам уже пора злословить.